К юбилею Макдональдса в России

Архивное из ВК, от 321-01-2016

И было от моего городка до того макдональдса 250 вёрст. Конечно, кто-то ездил. Не по Москве погулять, не за покупками, а специально - в невиданный прежде американский Макдональдс. 31 января открылось заведение, сам Горбачёв ленточку резал, в новостях по всем каналам, а было их два, – несколько дней трубили. А уже во второй половине февраля, на встрече выпускников две мои бывшие одноклассницы делились своими яркими впечатлениями от поездки. Ой, какие стаканчики яркие красивые, с трубочками. Ой, какие там подносики красненькие, столики блестящие, ой как там эти бигмаки оформлены, знаете как? Слоями, и вооот такой высоты, и такая кола вкусная, и лед, конечно, в этом красивом стаканчике, и вообще такое всё американское.

– А сколько вы отдали?
Животрепещущий провинциальный вопрос, что уж. Лихие девяностые для меня, как и для многих вокруг – не от слова "лихость", а от слова "лихо". Всё разваливалось на глазах, ломалась страна, и кажется, ломались наши жизни. А денег порой не было, как говорят, от слова "совсем". 

– По 18 рублей вышло, мы почти всё-всё пробовали. Кхммм... у меня месячная зарплата была рублей 80, в общем, для меня это было дорого, да и в нашем единственном городском ресторане можно было пообедать рублей за пять на двоих. И в компании с маааленьким таким графинчиком коньяка. – И для нас дорого, но это того стоит! – оживлённо тарахтели Ирка и Лариска. И я им, не скрыть, завидовала. Хотелось сесть в автобус, поехать в Москву, пустяки же – каких-то пять часов до самого настоящего американского ресторана. Взмечтнулось....

Но 18 рублей было жалко, и билеты ещё шесть. В общем, четвертак. Так тогда называли фиолетовые двадцатипятирублёвки. И от жалости к деньгам становилось совсем грустно. Может потом, сессия скоро, так и так ехать, да и "всё-всё" пробовать не обязательно.

Через две недели была сессия. Моей соседкой по номеру оказалась взрослая "успешная" дама лет тридцати. Вечером она сидела на кровати в красном блестящем халате и рассказывала про Макдональдс. "Да сущая ерунда, три пятьдесят", – озвучила она цену то ли гамбургера, то ли бигмака. Ну, для меня не ерунда, 3-50 стоил одноместный номер с ванной в этой гостинице. Но в тот раз одноместного не досталось.

– По-моему, это дорого, – нерешительно отозвалась я на озвученный ценник "американской" еды. Соседка посмотрела свысока, как будто я по ошибке оказалась рядом с нею в этой гостинице. Да, можно сказать и так. Это была "Ленинградская" – не Националь, и даже не "Москва", но и не третий сорт. Как-то вышло ещё с безбедных счастливых доперестроечных времён, что по приездам в Москву я привыкла останавливаться в этой величественной высотке на Каланчёвке. В номерах с высокими потолками, с просторными ванными комнатами и огромными корытами чугунных ванн, наверное, стоящих тут ещё со сталинских времён. Три писят – это было по советским меркам не дёшево, были гостиницы и вдвое, и втрое дешевле. Но даже оказавшись в нищебродском положении, с восьмидесятирублёвой зарплатой, я не могла изменить привычке и по-прежнему останавливалась в гостинице "Ленинградская". Да, тогда именно так и говорили – гостиница. Слово "отель" вошло в обиход позже.

И, поняв моё положение, соседка зашлась в экстазе нувориша, играющего спектакль перед провинциальной бедняжкой. Покровительственно улыбаясь, она рассказала про цены, свысока замечая при этом – ах, это ж ерунда какая, мелочи! Во мне, против ожиданий, рождалось неприятие.
Лариска с Иркой были искренни в своём рассказе, дело было не в визите в американский "ресторан", не это хотелось повторить и пережить, а их радость – настоящую, живую. Ту, которой от сердца делились они с нами, сидящими за столом с табличкой Выпуск-86. А эта дама...она ничем не делилась, она хотела взять – моё восхищение её боХатостью, мой тяжёлый переживаемый стыд из-за того, что нет у меня лишних три пятьдесят на котлету в булке – "такой мелочи". Походило на вульгарную постановку для одного зрителя. Стыда не было. И восхищения не было. И зависти тоже. На другой день я всё же приехала на Пушкинскую, мрачная очередь огибала бульвар как змея. Стоять в этой змее не хотелось, и вообще было холодно. "Оно того стоит" – радостно воклицали Ирка с Лариской. Да не, – подумала я. Не стОит. И пошла обратно к метро. 

Да, были такие времена, когда возможностью купить бигмак измерялся социальный статус. Но благодаря полученной накануне от соседки по номеру "прививке" впервые попала я в бигмачную лет эдак через пять. Когда все, кто прежде восхищался чудом американского общепита, уже узнали, что никакое это не чудо, и вообще не ресторан даже в нашем понимании слова, и вообще ничего престижного в посещении этого заведения нет, а как бы даже наоборот, и вообще за Горбачёва стыдно, что президент, оказывается, не уникальное дорогое место, а дешёвую забегаловку открывал... Но это было уже потом. 

А в далёком 1990 всё было так, как было. И все мы были такими, какими были. Кто со смешными мечтами, кто с глупыми понтами. Хотя в этом и посейчас ничего не изменилось.

Юбилей:  http://vk.com/wall-68995594_48073